Зимний сплав по Малой Кокшаге (08-10.12.2012 г.)

***

Товарищи! 

Рабочая и крестьянская революция, о необходимости которой всё время говорили большевики, совершилась!

В. И. Ленин

***

Пролог

 Ой, как собиралися да добры молодцы, идти в поход.

Проливали слёзы горючие матушка с батюшкой: «Ой, не ходите вы на чужбинушку, не бросайте нас на старости лет в одиночестве!!!»

Взрыдали душераздирающе жены-красавицы: «Ох, не покидайте нас, в расцвете красы нашей, кому ж нужны-то мы с детушками малыми!!!»

Заревели малые детушки: «Не видать нам, блин, айфона пятого, как ушей своих!!!»

Но не слушали их добры молодцы, пуще прежнего в поход собиралися. Взыграла в них удаль молодецкая, силушка богатырская, да придурь клиническая. «Постоим,» — орали они дурным голосом, — «за Марий-Эл, родимую!!! И полежим, да за главу республики!!!»

А что ж не полежать – ведь водки много же.

И ранним утречком, задолго до восхода солнца ясного, опоясались они ножами булатными, закинули на плечи могучие, рюкзаки несметные, да лодки ПэВэХашные, вскочили на повозки чужестранные и поскакали в тайгу марийскую.

Долго ли, коротко ли, прискакали они к Кокшаге-реке и встали на дороге у моста, посередь леса дремучего. А вокруг, куда взгляд не кинь, ни души, ни одной человеческой, только страшен лес стоит, зябок снег лежит, да несёт река воды чёрные, воды стылые, к морю дальнему, тоже чёрному.

Не стучат в лесу дятлы резвые, не поют в лесу птицы певчие, даже белки не видно – ведь не пили ещё. Только вороны чёрные злобно каркают, только волки лютые воют жутко так, да лесная нечисть зубищами клацает.

Обоср Очканули тут добры молодцы, но друг пред другом позора казать не желаючи, притворилися буд-то вспомнили матерей-отцов, жен-деток маленьких, повернулися к лесу жо спинами, как бы гордо и как бы медленно, вмиг попрыгали в повозки импортные и поскакали прочь к такой-то матери, храбро не щадя резину зимнюю.

И пировали они три дня и две ночи в Макдональдсе с кока-колою да гамбургерами, хэппи милсами да чикен мак нагетсами.

И я там был, кока-колу пил, по усам текло, желудок разъедало.

Тут и сказке конец, а кто поверил – тому пиз тот дурак!!!

 

Участники:

автор Дмитрий (Птица), Кохер (он же Костик), Димыч и Поэт (он же Петя)

Транспорт и техподдержка:

Дрюня, димычевский батя (Александр Иваныч), Андрюха Самойлов

Идеей этого похода мы прониклись ещё летом, когда Димыч показал нам ролик, скачанный им с портала YOU TUBE, в котором повествовалось о зимнем сплаве по реке Илеть. Увиденное запало к нам в душу, и мы загорелись идеей тоже сплавиться в зимнюю пору.

После некоторых раздумий, решили идти по Малой Кокшаге, т.к. её мы знаем гораздо лучше Илети, да и добираться от Йошкар-Олы проще.

Сначала планировали стартовать от Устья Кундыш, но справедливо озаботились состоянием реки на участке до д. Шуйка. Буквально за день до похода, от знакомых водителей, Кохер выяснил, что с моста у Шуйки хорошо видно насмерть замёрзшую реку. Одновременно Димыч, через знакомого своего отца, выяснил, что в Устье Кундыш река свободна ото льда. Таким образом, определились с маршрутом: Куяр – Устье Кундыш.

Команда состояла из четырёх человек: я и Кохер – первая лодка, Димыч и Поэт – вторая лодка. Робко выказывали желание участвовать ещё пара-тройка человек, но робость легко превозмогла слабое желание, и четвёрка героев осталась неиспорченной инородными вкраплениями.

День первый (08.12.2012)

Утром меня разбудил звонок Кохера, который сообщил, что в 7:20 они с Дрюней, на машине, будут у моего подъезда. Я глянул на часы – 6:35! Проспал!!!

Собирался я как в детстве: быстро скидал в рюкзак одежду, которую не смог напялить на себя, а из еды взял то, что нашёл. Давно я не ходил в поход с таким лёгким рюкзаком, но это меня не огорчало, я почему-то был уверен, что голод мне не грозит. Забегая вперёд, скажу, что весь скудный запас провизии я привёз обратно.

В положенное время я спустился к подъезду, где меня уже ждали Кохер, Дрюня и машина. Погрузив мои вещи, мы отправили Дрюню к Поэту, а сами пошли размяться за пивом.

— «Полярники, блин», — сказал я, оглядев нас с Кохером. – «Руал Амундсен и Фритьоф Нансен!!!»

И подумал про себя: «Лишь бы не Роберт Скотт!»

У поэтовского подъезда уже стоял димычевский батя на джипе. Мы дождались Поэта, погрузились и поехали к Куяру.

Отплывать решили от моста, что на новой объездной за Куяром. Приехали, остановились у моста, и вышли из машин. Было ещё темно, дул неприятный ветерок, лес за пределами конусов света фар чернел как-то не совсем гостепреимно. Внизу, чёрная, в контрасте с заснеженными берегами, текла Малая Кокшага. Картина вырисовывалась тоскливая, убивающая всякий оптимизм. Разомлевший после уютного, домашнего тепла салонов, на улице я сразу продрог, и меня посетили противные, гнусненькие сомнения. Захотелось домой, под одеяло, не прельщала уже совсем перспектива плавания, через стылую хмурь, по ледяной, свинцовой воде, меж снежных берегов, утыканных чёрными, корявыми, голыми деревьями.

Не могу сказать, что чувствовали остальные, у меня это был первый и последний пример негативных эмоций в походе. Необходимость действовать быстро согрела и бесследно прогнала наползающую хандру.

Димыч с Кохером разведали ситуацию под мостом и сказали, что снега там почти нет, и собираться будет удобно.

Температура была около -8°С. Димыч в интернете вычитал, что лодки ПВХ на морозе ведут себя хорошо, но надо осторожно обходиться с ними при раскладывании и складывании, т.к. мёрзлый материал может треснуть. Поэтому решили с максимально возможной скоростью вынуть их из тёплых машин и сразу накачивать, тут же, при свете фар, что являлось дополнительным бонусом, позволявшим минимизировать колупание с мелкими деталями лодок. Накачивая лодку, я совсем согрелся, и смотрел на идею похода с неуклонно возрастающим оптимизмом.

Начало. Под мостомЗакончив с накачкой лодок, мы попрощались с Дрюней и димычевским батей, и потащили вещи под мост, к реке. Под мостом, пока подключался магнитофон, и проводились последние приготовления, мы дерябнули коньячку. Становилось всё веселее. К тому же стало совсем светло.

Во время сборов выяснилась забавная штука. Возьмите, к примеру, лодочное весло и внимательно посмотрите на его лопасть. Занимайтесь этим вдалеке от друзей, которые по незнанию могут вызвать за вами дурку. Смотрите внимательно, – вы думаете, что лопасть выполнена заводом-изготовителем из пластмассы? Теперь посмотрите вокруг. Если вы видите купающихся людей и зелёную листву, то возможно так оно и есть. Если же взор ваш ласкают заснеженные пригорки и заледеневшие берега реки, то ещё раз внимательно взгляните на лопасть весла. Вам всё ещё кажется, что это пластмасса? Хренчики!!! Это стекло, хрусталь, это голимый китайский фарфор!!! В чём я сразу же и убедился. Первым делом я попытался расстегнуть защёлку клапана рюкзака. Хрусть – сказала защёлка. Вовсе не зачем было повторять действие со второй защёлкой, но, озадаченный полученным результатом, я машинально повторил эксперимент. Ну, хрусть же!!! – сказала вторая защёлка и тут я расстроился. Но ненадолго.

Под вторую порцию коньяка Кохер вспомнил, как вчера вечером, жена, укладывая детей спать, сказала им ласково:

— Дети, идите, попрощайтесь с папой.

И дети послушно пошли.

Тут Димыч вспомнил, что жена зачем-то просила его сказать ей пин-код от банковской карты. Поэт таинственно промолчал, а я подумал: «Вот поэтому я и не женюсь!»

Время подходило к девяти утра, и пора уже было спускать лодки на воду. Димыч с Петей (это Поэт?) добрались до воды первые и столкнули лодку в воду. Мне их причал не понравился, – из воды торчали ветки ивняка, об которые я опасался проткнуть лодку, правда, льда у берега совсем не было. Но я всё равно решил сходить ниже по течению в поисках лучшей доли. Метрах в пятнадцати я обнаружил пологий спуск к воде, чистый, без коряг, с небольшим, правда, заледенением у берега. Я позвал Кохера, он оглядел причал и уважительно посмотрел на меня, как бы признавая мою гениальность.

Лёд у берега выглядел угрожающе, и этот вопрос надо было решать. Памятуя о трагической судьбе защелок на рюкзаке, я максимально нежно начал постукивать по льду. Увидев это, Кохер больно обозвал меня дебилом, посоветовал перевернуть весло и долбить ручкой. На первый взгляд идея показалась рациональной, и я последовал совету друга. Перевернув весло, я перестал церемониться и явил миру всю свою дурь. – Хрусть!!! – согласилось весло с защёлками рюкзака, после нескольких ударов. Просто лопасть, повинуясь силе инерции, начала насаживаться на ручку и лопнула. Таким образом, ещё не успев выплыть, мы лишились одного весла. Немного успокаивало то, что у Димыча, не страдающего моим фанатизмом, оба весла ещё целы. Обидно то, что у нас была пешня, специально предназначенная для долбёжки льда, просто мне было лень идти за ней. Теперь стало не лень. Пешнёй мы быстро очистили себе путь к воде и около 9:00 наши лодки вышли на фарватер реки Малая Кокшага.

ПолуостровГде-то за полчаса доплыли до Полуострова (место в районе садов «Лесное», где мы весьма активно и увлекательно проводили молодость!), где обнаружили значительные изменения в ландшафте, вызванные последним половодьем. Напрочь снесло дуб, на который мы вешали тарзанку, и вымыло на этом месте целый залив. А ведь ещё позапрошлым летом, я, прыгая с этого дуба, сломал палец на ноге.

На реке наблюдались признаки того, что ещё совсем недавно уровень воды был выше сантиметров на 30, – на встречных корягах наблюдались ледяные воротники, на указанном расстоянии от поверхности воды. Впрочем, не смотря на это, уровень воды всё равно был значительно выше летнего, – за всё время сплава мы совсем не видели мелей, которыми летом река изобиловала. Вода спала

Греем ластыПриблизительно в 11:00 мы остановились на промежуточный привал, размять ноги, выпить, перекусить, погреться. Быстро развели костёр и приступили к культурной программе, согласно намеченному плану. Простояли минут 30-40 и поплыли дальше. Вообще продолжительность светлого времени суток не располагала к длительным задержкам, – самое позднее к трём часам, мы планировали останавливаться на привал, т.к. в пять становилось уже темно, а все привальные дела желательно было сделать засветло. По этой же причине мы пытались минимизировать (не всегда успешно) плавание «говном».

Пока всё проходило нормально, холодно не было совсем, средней силы снег, при почти полном безветрии, совсем не напрягал. Ледяные поляМестами, на крутых петлях поворотов, где всё течение уходило к высокому берегу, у низкого берега встречались обширные поля льда, но всегда, на течении оставался проход для движения дальше. Но, около двух часов дня, мы всё-таки напоролись на первую, и предпоследнюю, (внимание, вопрос: сколько всего было жоп?) жопу! Место было знакомое: река тут поворачивала на 180°, и на самом повороте образовывался обширный разлив, который, при почти полном отсутствии течения, затянуло-таки, льдом!!! Несколько озадаченные обрушившимся на нас недоразумением, мы причалили к кромке льда. Лично я причаливал с некоторой опаской, – кто ж его знает этот лёд, насколько он острый.

Река замерзла от берега до берега.jpegМы с Кохером стали пытаться втащить лодку на лёд в надежде проломить его потом своим весом. Впрочем, надежда, в отличие ото льда, вскоре растаяла, – лёд оказался достаточно крепким. Даже для того, чтобы выдержать Кохера. Я не на шутку ссыканул, когда Кохер, не выказывающий до этого клинических признаков шизофрении, неожиданно выпрыгнул на лёд. К счастью, он спокойно сидел на жопе и быстро отказался от ёбн глупой мысли встать на ноги и тащить за собой лодку. Мудро спрогнозировав приближающееся обморожение задницы, Кохер благоразумно вернулся на борт.

Метрах в 10-и от нас, Димыч жизнерадостно хреначил лёд пешнёй. Залихватский задор Димыча вскоре несколько охладил тот факт, что пешню он тупо утопил. Нелепость потери усугублялась тем, что именно для таких случаев конструкцией пешни предусматривалась наручная петля, на которую Димыч, в нарушение всех инструкций по технике безопасности, нерадиво положил х не обратил внимания. А пешня-то не была у Димыча в собственности, – она принадлежала Андрюхе Самойлову, с чем мы его и поздравляем, в смысле, приносим искренние соболезнования.Временами из воды...

Надо было как-то уже разруливать эту неудобную ситуёвину, ибо время уже ощутимо поджимало, и где-то через час надо было уже вставать на привал. После короткого совещания, решили обносить замёрзший участок по берегу и поплыли против течения, подыскивая место для швартовки. Сложность была в том, что повсеместно у берега наблюдался лёд, ширина которого достигала местами что-то около десяти метров. К счастью, долго плыть не пришлось. Метрах в 30-и нашли место, где льда у берега было всего метра два. Лёд надо было долбить, и мы приспособили для этого костровые палки. Приспособление представляло собой две толстые железяки, одна из которых втыкалась у костра в землю, вторая под углом 90° устанавливалась в первую над костром, и на конструкцию можно было вешать ведро. Памятуя о трагической судьбе пешни, а так же о том, что данная конструкция тоже принадлежит Андрею Самойлову, мы привязали трудовую железку верёвкой к лодке. Здесь лёд был потоньше, и довольно быстро мы добрались до земли.

Берег представлял собой довольно высокий и крутой песчаный обрыв, так что мы изрядно вспотели, пока втаскивали наверх вещи и лодки. К счастью, лес наверху оказался довольно чистым, без бурелома, оврагов и серьёзного подлеска, да и толщина снежного покрова была всего сантиметров тридцать, так что мы довольно быстро перенесли всё к реке и вскоре опять уже плыли.

Перенос не занял много времени, но, тем не менее, время уже подходило к трём, и буквально за поворотом после переноса, мы с Кохером увидели на высоком правом берегу подходящее место для привала. Поднявшись наверх и осмотрев место, мы решили тут и остановиться.

Марийская резня бензопилойЖёсткий лимит времени, лёгкий морозец и, что немаловажно, низкое содержание алкоголя в крови, весьма способствовали нашим слаженным действиям. Кохер взял в поход бензопилу и она, как выяснилось, оказалась просто незаменимой штукой.

Затащив наверх вещи, все занялись своими делами: Кохер стал собирать свою адскую машину, Петя с Димычем принялись возводить палатку, ну а я стал разводить костёр.Фоторепортер, он же Поэт, он же Петя...

Кохер быстро собрал бензопилу и пошёл в окрестный лес, где быстро нашёл себе жертвы – высохшие деревья. Пока Костик валил сухостой и расчленял его на поленья, пригодные для транспортировки на привал, Петя с Димычем закончили монтаж палатки, а я – разведение баранов костра. Всей толпой мы быстренько перетащили топливо к костру.

КостерТаким образом, всего через полчаса после выхода на сушу, все условия к дальнейшему выживанию были созданы.

Надо сказать, что в отсутствие бензопилы, нам, всей командой, пришлось бы ползать по лесу, выкапывая из-под снега дрова, и этот кропотливый процесс мог бы завершиться за полночь, в результате скоропостижной смерти его участников от истощения.

ТронА так, у нас ещё осталось время на развлечения: метрах в 70-ти от привала, мы с Кохером нашли сухой вяз, обломленный метрах в 8-ми от земли, диаметром около 80-ти сантиметров. Кохер свалил его и расчленил на несколько фрагментов. Внутри вяз оказался полым. Всё пространство полости занимали высохшие соты. Видимо в летнее время коряга представляла собой естественный улей или, строго следуя терминологии, борть. Часть дерева пошла на дрова, часть на подставку для магнитофона, а из комля Кохер выпилил трон. Я чуть не обоср устал, пока тащил кохеровское творение на привал – эта ху раритетная вещь весила килограмм шестьдесят!!!Чайная церемония

Поэт сварганил охрененный плов и под эту восхитительную закуску мы замечательно поужинали. Справедливости ради надо сказать, что пили, не только ужин, но и чай. Ночные бдения продолжались где-то до полуночи, после чего Кохер, Димыч и Поэтуполз удалились в палатку, а я остался спать у костра. И даже почти не мёрз. Бывало, что и весной холоднее было!!!

День второй (09.12.2012)

Ещё до похода, мы решили, что жестко ограниченные коротким световым днём, мы будем вставать ещё до рассвета, чтобы сделать все свои дела на привале, свернуться и отплыть, так сказать, с первыми лучами солнца.

Вполне прогнозируемо, ничего подобного у нас не получилось, что, впрочем, никого не расстроило. Встали мы около девяти, перекусили вчерашним пловом, и не спеша стали собираться.

Вернувшись к привалу из короткой, но продуктивной командировки в лес, я с восторгом наблюдал там сюрреалистичную картину: у костра, припорошенный слоем снега, окруженный заснеженным лесом и температурой окружающей среды в -8°С, сидел Кохер и пил из заиндевевшей полторашки минералку со льдом. Бутылка промёрзла за ночь почти полностью, только у стенок было немного воды. Таким образом, в одной ёмкости были сосредоточены три агрегатных состояния вещества. Не хватало только плазмы. Когда я подошёл, Кохер вежливо предложил мне этого менингита. Я вежливо не отказался.

ПлывемГде-то в одиннадцатом часу, так и не дождавшись первых лучей солнца, по причине плотной облачности, мы, наконец, выплыли.

Сегодня нам предстояло проплыть лагерь им. Володи Дубинина, пройти после него максимально возможное расстояние. Вскоре выяснилось, что зимой расстояния ощущаются совсем не так, как весной, и даже не как летом. ЗаправкаМне казалось, что до Володи Дубинина плыть всего пару поворотов, а гадский лагерь и не думал появляться из заснеженных далей. В результате, доплыли мы до него где-то через полтора часа после старта с привала.

Настроение было отличное и не только вследствие содержания алкоголя в крови, – нас радовала сама нереальность происходящего: кругом снег, лёд, вода, а нам совсем не холодно, даже иногда жарковато!!!На, икрой побалуйся

Проплыли горельник, – тяжёлое наследие пожаров лета 1973 года, и поняли, что вот, в общем-то, на сегодня почти и всё, – надо было начинать искать привал, благо по берегам опять пошёл привычный лес.

Ширина льда по берегам стала больше, и это сильно ограничивало выбор. Встречались отличные места, но подобраться не было никакой возможности. Т.е. возможность, конечно, была, но это потребовало бы значительных потерь времени и сил. И не известно ещё, что там наверху. Может водка паленая...Всё равно, что зимой на улице с девушкой знакомиться, – слишком много потом последует сюрпризов и совсем не факт, что только приятных.

Уже в четвёртом часу, понимая, что время поджимает, мы нашли берег, где льда было поменьше и, продолбив себе пристань, пошли наверх искать место.

Берег здесь не был обрывистым, от воды он поднимался наверх горкой, длинной и крутой, но не экстремально. Наверху шла полоса ивняка и шиповника шириной метров 20, за которой начинался лиственный лес, т.е. лиственным он был, естественно, чисто теоретически. Там мы и нашли себе полянку под привал.День 2. Убираем лишнее

Обустройство начали по проверенной схеме: я – костёр, Кохер – дрова, Димыч и Поэт – палатка. На ужин сварили супчик и злоупотребляли под него до позднего ночера.

Надо сказать, что очень помогали нам плоды прогресса, а именно: лобковые (в смысле – налобные) светодиодные фонарики. Ползали бы мы без них в скудном свете костра, как слепые котята. Кроме того, Поэт взял светодиодную же фару, которую он запитал от аккумулятора и повесил над привалом. Стало светло, уютно и празднично.

Ночью

У меня начали подмерзать нижние лапы, т.к. я был в осенних ботиночках, даром, что в шерстяных носках, да и ботиночки за два дня совсем промокли. И тут Димыч, через два дня (!!!) вспомнил, что в недрах его рюкзака завалялись валенки усиленные химчулками от костюма ОЗК.Валенки - вещь

Обрадованный таким поворотом дел, я скинул промёрзшие ботинки и сунул ноги в благодатное тепло русской народной обувки. Да, предки знали толк в правильной зимней обуви, – больше в этом походе ноги у меня не мёрзли. Наоборот, ступни временами горели, и тепло от них расползалось по всему телу.

Димыч, Кохер и Поэт ушли спать в палатку, а я опять улёгся у костра.

Ближе к утру из палатки выполз Кохер, бросил коврик на снег, завернулся в спальник и улёгся спать, мотивируя это тем, что в палатке ему жарко! На место Кохера, между Димычем и Поэтом, залез я и, прогревшись, заснул. Поэт говорил, что, когда я залез, трясло как паралитика, а со мной и всю палатку с содержимым, но я этого не помню.

День третий (10.12.2012)

День третий. СобираемсяПроснулись мы ещё позже вчерашнего – часов в 10, что было не очень хорошо, ибо сегодня нам надо было обязательно доплыть до Устья Кундыш, где нас должны были забрать на Большую Землю.

На счёт завтрака заморачиваться не стали, – слопали вчерашнюю закуску, и стали собираться.

Как я уже говорил, берег спускался к реке довольно крутой горкой, и я перед тем, как отплывать, скатился с горки на пустой лодке, прямо в воду. День третий. Утро. Лёгкий завтракЭто было весело!!! Надо сказать, что надувная лодка, является реальной альтернативой пресловутой «ватрушке», и даже превосходит оную по ряду параметров: на лодке можно скатиться вдвоём, втроём, и даже вчетвером, к тому же, из-за продольных полос надувного дна, она не разворачивается и не теряет заданного направления. Правда, если горка жесткая, встаёт вопрос об износостойкости аппарата.

На старт, внимание...  Марш...

Выплыли мы около 11:30-и. Где-то через час доплыли до деревни Яндулкино, которую сразу перекрестили в Ябывдулкино. Деревня находилась на правом берегу. Правда, деревней сей населённый пункт, можно было с большой натяжкой – домов было около семи, и ни один из них не подавал признаков жизни, на всех оголовках печных труб лежал снег, а на снегу не было следов.День третий. Яндулкино

Настроение было отличное, причём это не было обусловлено алкоголем, т.к. водка у нас закончилась. Лично мне было жарко, я плыл, расстегнув обе куртки, и даже грёб без перчаток.

Незадолго до переката проходили примечательный участок реки: на протяжении двух-трёх километров по обоим берегам реки стоял исключительно мёртвый лес, ни одного живого деревца! Унылое, но удобное место для привала. Просто зайдя в лес по малой, скажем, нужде, можно было случайно наломать дров на всю зиму, и без всякой бензопилы. Это было тяжелое наследие пожаров лета 2010-го.

Ходят устойчивые слухи, что по счастливому стечению обстоятельств, пожары начались в районе озера Карась и стали логическим продолжением праздничного фейерверка, приуроченного ко дню рождения Президента Республики.

В Китае бы сказали: «ПРЕСТУПЛЕНИЕ!!!» И расстреляли бы нахрен!!! А у нас сказали: «…совпадение…» и царствует до сих пор благодетель наш, дай ему Бог здоровья и денег ещё больше, – мы-то уж как-нибудь обойдёмся.

День третий. Вода прибываетНа подходах к перекату, мы начали замечать, что уровень воды стал повышаться, без объективных к тому причин. Уже после похода, я узнал, что был большой сброс воды с Чебоксарской ГЭС, что и явилось причиной несанкционированного половодья, но тогда мы терялись в догадках. Решили в итоге, что нас, всё-таки, рать, и забили на этот факт.

В результате подъёма воды, с берегов и прибрежного льда стал смываться снег. Смывшийся снег, собирался в островки и плыл по фарватеру реки, выстраиваясь длинными дорожками, но пока нас это не напрягало. Пока.

Вскоре доплыли до переката, который, из-за высокого уровня воды, практически не ощущался, хотя летом лодки днищем местами скребли по камням.

Времени было около 15:30 и вполне серьёзно начал вставать вопрос о третьей ночёвке. Не смотря на то, что бензина для пилы больше нет, вопрос этот совсем не напрягал. После переката потянулись длинные прямые с высокими берегами по обе стороны, продолжавшиеся почти до самого устья Малого Кундыша, впрочем, течение, из-за высокого уровня воды было приличным, и двигались мы довольно быстро.

Уже начинало смеркаться, когда мы, приблизительно в начале пятого, достигли устья реки Малый Кундыш, и плыть до садов, где нас должны были забрать, оставалось два поворота.

Однако, на первом же повороте, нас ждал сюрприз: мы попали в пробку! Поворот был очень длинный – метров пятьсот, – и видимо где-то, в очень узком месте, снег, несомый рекой, застрял и закупорил русло. Началась цепная реакция и, к моменту нашего прибытия, была забита вся река, насколько хватало глаз.День третий. Перед затором

Это было неожиданно и некстати, да что там говорить – нах..р не нужно!!! Стремительно темнело, и принимать решение надо было быстро.

Мы пристали к краю снежного затора, и я попытался плыть прямо через снег, но сразу понял, что это невозможно – снег под напором течения уплотнился и набрал приличную толщину, и грести по нему, было равносильно гребле на берегу.

Тут выяснилась ещё одна неприятная вещь: думать надо было ОЧЕНЬ быстро т.к. снег, бесперебойно поставляемый течением, начал закупоривать нас сзади и мы рисковали оказаться в снежном плену, подобно героям-челюскинцам, в одном шаге от дома. А ВОТ ХИзвините, как-нибудь в другой раз (лучше летом)!!! – решили мы, развернулись, и поплыли вдоль кромки льда, подыскивая место для высадки на берег с минимальными затратами сил и времени.

Проплыв метров двадцать, Димыч с Петей остановились у кромки льда и стали долбить. До берега в этом месте было около десяти метров. Мы скептически отнеслись к действиям товарищей, и поплыли выше. У начала поворота, где пляж переходил в высокий берег, мы нашли место, где с берега надо льдом висела небольшая сосенка и до берега было всего метра два. Подтягиваясь за сосну, я втащил нос лодки на лёд, встал, и лёд провалился под моей ужасной тяжестью. Таким способом, мы довольно быстро добрались до берега и вылезли на него. Подгребли Димыч с Поэтом, кинули мне верёвку, и я подтащил их к берегу.

Мы с Кохером первыми начали марш-бросок в поисках места, где можно было опять добраться до воды. Уже совсем стемнело и двигались мы при свете лобковых фонариков, которые в очередной раз, убедительно доказали свою незаменимость.

Нам повезло, что весь поворот занимал огромный пляж и тащить лодку по ровному снегу, в отсутствии каких-либо препятствий, было, в общем-то, легко, но, всё равно, по окончании марш-броска, мы изрядно вымотались и вспотели.

Мучимый жестоким сушняком, я попросил у Кохера чаю, был послан, и начал жрать снег.

Хотя мы выбрали самое узкое место, полоса льда у берега была шириной метров десять. Подошли Димыч с Поэтом, и мы начали форсирование ледяной преграды. Тут у нашей лодки было преимущество: так как дно было надувное, она имела минимальную площадь соприкосновения с поверхностью льда и двигалась по нему относительно легко. У димычевской лодки дно было жесткое, что весьма затрудняло передвижение.

Мы с Кохером добрались до воды, приняли от Димыча верёвку, я начал грести, Кохер — тащить, Димыч с Поэтом — конвульсивно дёргаться, и, общими усилиями, оба плавсредства, наконец, оказались на чистой воде.

Теперь нам предстояло заплыть за поворот и найти место для финишной пристани.

Мы плыли в кромешной тьме, меж ледяных берегов, покрытых чёрным, зловещим лесом, но сердца наши были полны отваги, а лица светились суровой решимостью!!! Вначале я грёб с включённым лобковым фонариком, но вскоре пришлось его выключить – свет отражался от весла, когда я проносил его мимо лица и слепил меня. Как оказалось в темноте тоже можно плыть – границу между белым льдом и чёрной водой было видно чётко. Да и плыть оставалось всего ничего.

На повороте, где с реки есть вход в старицу, на высоком берегу справа, когда-то, лет 10 назад стояла капитальная, сваренная из железа беседка, на бетонном фундаменте. В своё время, неизвестные зодчие, чьи имена затеряны во мраке веков, установили её на достаточном, как им казалось, расстоянии от воды. Но время вносит свои коррективы. Каждую весну жадная полая вода сжирала положенный ей кусок песчаного берега, и добралась-таки и до беседки, которая покоится ныне в бездонных глубинах реки. Кокшага-река – могила её глубока. Аминь.

После прохождения беседки надо было уже высматривать место для пристани на правом берегу, и я вновь включил фонарь.

Вообще, как показал наш, пока ещё скудный опыт, место для причала надо искать около уходящих в воду деревьев, – там лёд почему-то тоньше, или у деревьев нависающих надо льдом, – по ним легче добраться до берега.

Вот и сейчас мы нашли упавшее с берега дерево, напротив которого во льду, к тому же, была проталина. Димыч передал инструмент, и я начал долбить, причём проделывал это держа железяку голыми руками. Мне было настолько жарко в результате напрягов последнего часа, что руки совсем не чувствовали температуры воды.

Финиш.Темно. Пришлось долбить ледПродолбив проход до дерева, я взял верёвку, вылез на ствол, и дополз до берега. Потом подтянул Кохера, и мы быстро вытащили на берег вещи и лодку. Потом подтянули Димыча, привязали их, и те занялись своими пожитками.

Я вытащил телефон и проверил связь, – хрен. Закончив с вещами, Димыч тоже проверил, – тот же хрен.

Надо сказать, что первый и второй день связь была, даже с реки, – ещё одно веяние прогресса. Это было уже не смешно, но и не смертельно – ведь не бросят же нас?!!! Просто, отсутствие средств коммуникации несколько затрудняло решение организационных вопросов, связанных с нашим отъездом.

А я, тем временем, пошёл на разведку. Надо было найти выход на дорогу, которая ведёт на поляну, где нас и должны были встретить.

Тьма в лесу стояла кромешная, тишина гробовая, было жутковато одному и я, в какой уже раз восхвалил лобковый фонарик. Пройдя метров сто, я внезапно опять вышел на реку, причём обрыв возник из темноты так внезапно, что ещё пара шагов, и я бы полетел в воду.

Я вернулся, пошёл левее и, вскоре, вышел на дорогу, по которой быстро дошёл до поляны. От поляны до места нашей высадки было метров триста. Так как лодки решили складывать на поляне, пришлось ходить два раза – сначала часть вещей, потом остаток и лодки. Подходя по дороге к поляне, волоча лодки с вещами, мы увидели впереди мелькающий огонёк. Это был Дрюня, по счастью, тоже подцепивший дома лобковый фонарь.

Вскоре подъехал и Александр Иваныч. Мы собрали лодки, погрузились и, довольные бесконечно походом и собой, отбыли домой.

Перед отбытием домой

Выводы

Само прочтение этого текста, сидя за компьютером, в тепле домашнего уюта, даст лишь общее представление о зимнем походе. Не поленитесь, распечатайте текст, возьмите лобковый фонарик, оденьтесь тепло и пойдите в зимний лес (парк, сквер, но подальше от фонарей). Сядьте там в сугроб и прочитайте произведение. Уверяю Вас, даже те полчаса, которые потребуются на это, позволят Вам в полной мере проникнуться величием нашего подвига!!!

Остров

За время похода мы почерпнули множество полезных в будущем сведений и заработали бесценный экспириенс.

Исходя из этого, хочу предложить ТОР-10 вещей, незаменимых в зимнем походе:

10-е место: Запасные вёсла. Вещь, безусловно, необходимая, но, учитывая мой опыт закошмаривания вёсел, непервостепенная. Теперь отношение к пластмассовым предметам в целом, и к вёслам в частности, будет предельно бережным и нежным.

9-е место: Умеренное количество алкоголя. Ключевое слово «умеренное»!!! Без комментариев.

8-е место: Кошка.

– Как это?!!! — справедливо спросит Кохер, культивирующий кошачьих тварей, исключительно мужского полу.

— А почему именно кошка, а не кот, что за дискриминация по половому признаку?!!!

И я горячо поддержу железную логику вопрошающего. Но в данном конкретном случае, имеется в виду маленький лодочный якорь и, желательно, оснащённый длинной верёвкой, что немаловажно! С помощью его, теоретически, можно будет, зацепившись за берег, протащить лодку через лёд прямо к берегу, избежав долбления. Чисто теоретически, так как кошки у нас не было. Очень надеюсь подтвердить теорию опытным путём в следующем году.

7-е место: Кирка. Сказано образно, – это может быть заступ либо альпеншток, либо какой-то другой инструмент, которым сподручно долбить лёд с лодки. Мог бы помочь и багор, но он неудобен в транспортировке.

6-е место: Тёплая одежда. Очень нужна, – это и ежу понятно.

5-е место: Тёплая обувь. Отсутствие тёплой обуви, сводит на нет эффект тёплой одежды! Особенно ночью, – проверено на себе!!!

4-е место: Бензопила. Незаменимая вещь (дифирамбы данному гаджету приведены выше).

3-е место: Лобковый фонарик. Не сказать, чтоб новое насекомое, но в зимнем походе оно раскрыло себя в полной мере!!!

Далее, как это и положено, вещи материальные уступают место, вечному и непреходящему – духовности!

2-е место: Чувство юмора. Самый необходимый атрибут любого похода. Без него ваше пребывание в походе превратится в сущий ад. Особенно если остальные участники обладают им в полной мере.

И, наконец, абсолютный победитель нашего импровизированного рейтинга:

1-е место: Хорошая Компания!!! Самое главное условие, краеугольный камень, при отсутствии которого, все остальные фигуранты рейтинга, будь то тёплая одежда, лобковый фонарик или даже кошка, летят коту под ху хвост!!! Ибо без этого компонента, вся наша бесшабашная авантюра потеряла бы смысл. Любите Природу! Цените Друзей! Ходите в Походы!!!

 

С уважением!

Неформальная

Ассоциация

Сумасбродов

«РАТЬ»

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Яндекс
Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

2 комментария к записи “Зимний сплав по Малой Кокшаге (08-10.12.2012 г.)”

  1. Светлана:

    Ребята, какие же вы молодцы! Читала и смеялась… Отчет составлен с таким юмором, хотя понимаю, что порой было не до смеха.
    И всё же почему Кокшага не замерзает?

  2. Дима:

    Здравствуйте Светлана!
    Спасибо за лестный отзыв о нас и моём скромном графоманстве! Без лишней бравады скажу, что на самом деле ничего страшного не было, было просто весело и здорово!
    Теперь о реке. Насколько я знаю, зимой не замерзает ещё Илеть, но там-то всё понятно, — на её берегах масса родников. Практически на всём протяжении реки с берегов из-под песка сочится вода, что легко и живописно наблюдается летом в процессе сплава.
    С Малой Кокшагой другой случай: родники есть, конечно, но их явно недостаточно, чтоб свалить на них отсутствие льда на реке. Я склоняюсь к такой версии: за морями, за лесами, за широкими степями, а, проще говоря, за городом, у самого железнодорожного моста, есть волшебная труба лютого диаметра (метра полтора), из которой, хлещет неслабым напором некая субстанция, с температурой, судя по интенсивному испарению, значительно превышающей температуру окружающей среды. Я наводил справки, — это очистные сооружения сбрасывают как бы очищенную воду. Объём сбрасываемой в реку воды внушает серьёзные уважения, поэтому, я так думаю, река и не замерзает вплоть до Устья Кундыш. А где уж там она встаёт, сие есть тайна, покрытая мраком. Достоверно известно только то, что река замерзает у д. Шуйка, приблизительно за 5 км до впадения в Волгу. Однако и нам, за время похода, встретилось два места, где река промёрзла от берега до берега. Вполне допускаю, что в лютые морозы -30 и ниже число таких мест возрастает прямо пропорционально снижению температуры и, возможно, иногда, в особо эпические зимы, открытая вода начинает уступать льду по площади. Спасибо Вам за комментарий, заходите, я скоро продолжу публикации, читайте и завидуйте! )))

Оставить комментарий